скачать мобильную версию сайта 1xbet

Слава Белошапка сначала 1990-х был одним из самых многообещающих футболистов жодинского «Торпедо», но в высшей лиге Беларуси он отыграл только два сезона. Юноша транзитом через Германию оказался в США, где основал футбольную школу и занялся авто делом, который в конечном итоге принес ему отличные средства. Но все это вышло сделать, как считает сам Белошапка, благодаря футболу, закалившим нрав. Чтоб поддержать родную спортивную школу, предприниматель уже 2-ой год проводит в Жодино благотворительный турнир по мини-футболу. Тарас Щирый повстречался со Славой и услышал несколько потрясных историй о белорусском футболе, перегоне автомобилей, рэкетирах на дорогах, эмигрантах и американских женщинах, которые и в 69 могут смотреться на 40.

Со Славой мы уславливались повстречаться днем буднего денька в районе станции метро «Уручье», но за несколько часов до интервью он скинул СМС: «Извини, давай после обеда. Не получается».

– Что-то вышло? – спрашиваю уже при встрече у собеседника.

–  Из-за восьмичасовой различия во времени после прилета трудно приспособиться к Беларуси. В 1-ые деньки я вообщем не сплю. Засыпаю рано с утра, когда в Америке ночь, и просыпаюсь только после обеда. Но я на данный момент отдыхаю, так что могу таковой распорядок для себя позволить.

– Как нередко прилетаете в Беларусь?

– Два раза в год. Летом привожу отпрыска к бабушке, чтоб он мало потренировался со сверстниками из футбольной школы жодинского «Торпедо». А зимой прилетаю конкретно для роли в футбольном турнире. Но так нередко летать на родину я стал только в ближайшее время. Ранее не был тут, наверняка, около 8 лет.

– Почему?

– Длительно пробовал организовать бизнес в США. Сделать это было не так просто, но, к счастью, у меня вышло. Я открыл футбольную школу, занялся авто делом, который стал приносить хорошие средства. Но только немногие эмигранты выходят на неплохой актуальный уровень, становятся самостоятельными и независящими. Знаю много примеров, когда человек не мог привыкнуть к жизни в новейшей стране и улетал вспять. Но я спортсмен. Я не мог сдаваться.

 Сейчас детям в Жодино незначительно легче, чем ранее. Появилось искусственное поле, на котором можно играть круглый год. А я начинал бегать в футбол на стадионе СШ№2. В нашем микрорайоне было так не достаточно малышей, что мы даже не могли двор на двор сыграть. За мое воспитание дома отвечал папа, работавший водителем автобуса. Он считал, что я должен быть развитым мальчуганом, потому дал меня в музыкальную школу, привел и к тренеру Петру Михееву в ДЮСШ. В свою группу 1973 года я пришел с запозданием, был самым слабеньким. Меня даже отсеяли от роли в первых соревнованиях, но через два года я уже был капитаном.

— В вашей команде был собственный Марадона?

–- Андрей Хацкевич. Читатели могут и не знать этого парня, но в 1980-х он был самым профессиональным парнем в Жодино. По потенциалу это был 2-ой Прокопенко, но Андрей пошел по жизни неверной дорогой. В футболе у него ничего не вышло. А еще я отлично помню вратаря Александра Незапятнанного. Он хоть и был старше нас на год, но играл за наш возраст на первенстве «Кожаный мяч». Александр – большой, крепкий юноша, играл в воротах очень уверенно. У него была большущая ладонь. Для того, чтоб выкинуть мяч в поле, Саша не размахивался, а просто делал рукою прямое движение. Это на меня, не обладавшего такими габаритами, производило мистическое воспоминание.

Через руки Петра Михеева прошли 10-ки узнаваемых белорусских футболистов

Тренировались мы на песчанике, на месте которого на данный момент лежит искусственное поле. Когда шел сильный дождик, наша площадка преобразовывалась в каток. В один прекрасный момент я так агрессивно столкнулся с вратарем, что в кровь разбил для себя лицо. Из-за этих увечий мать не понимала моего увлечения футболом. Давила, желала, чтоб окончил, но меня уже было не приостановить.

— Помните свои 1-ые бутсы?

–- Да, мне было лет 10, наверняка, когда сестра купила их в минском магазине «Старт» на Тракторном заводе. Это были даже не бутсы, а кеды с шипами. Но я все равно был на седьмом небе от счастья. Таких кед в нашем городке фактически ни у кого не было. Команду одевали очень робко. Когда мы приезжали в Минск, престижные местные футболисты называли нас колхозниками. Меня это очень злило, и в один прекрасный момент я не сдержался. Не помню, с кем мы игрались, но матч проходил на «Трудовых резервах». Юноша своими дискуссиям просто вывел меня из себя. Я так агрессивно подкатился под него, что сломал ему ногу. Если он читает этот текст, желаю перед ним извиниться. Это была реакция провинциального паренька на оскорбления, которые он слышал в адресок собственной команды.

— Так вы были дерзким ребенком.

–- Со мной было тяжело. Я спорил с тренером, конфликтовал. Михеев меня два раза отчислял из команды, а позже возвращал. Но самый жесткий момент случился перед городскими соревнованиями по легкой атлетике. Я стремительно бегал, мне гласили, что у меня двойное сердечко. Рассчитывал тогда одолеть, готовился особо серьезно. Старт начинался от нашего Дворца культуры, что около стадиона «Торпедо». Пока мы ожидали начала соревнования, игрались с ребятами в мяч. В конечном итоге доигрались до того, что я разбил стекло во дворце. Тренер так разозлился, что выслал меня домой. Жил я рядом, в трехэтажке, и вся дистанция соревнований проходила у меня под окном. Лицезрел, как бежали ребята. И мне было очень грустно, что посреди их нет меня.

Что касается бега, я был очень крепкий юноша. Когда начал работать с основой «Торпедо», «старики» просили, чтоб я очень стремительно тест Купера не бежал. Мол, на моем фоне они смотрятся неспешными, но я по другому не мог. Мне хотелось зарекомендовать себя. Самое любопытно, что беговая работа и в «Торпедо», и в команде ДЮСШ была приблизительно сравнимой. Михеев давал нам очень суровые нагрузки. Неких ребят даже тошнило. Но я в любом случае признателен тренеру за то, что он мне отдал. Работа в его команде меня закалила, сделала сильным. Конкретно по протекции Михеева я попал в юношескую сборную БССР, за какую игрались Андрей Островский, Александр Хацкевич.

— Александр Николаевич уже тогда был крут?

–- Да. Мы с ним игрались на одной позиции – под нападающим. Из-за этого наш тренер Вячеслав Автушко перевел меня на правый край полузащиты. За ту команду я сыграл сильно мало. Чтоб тебя почаще вызывали в сборную, необходимо было жить в Минск и играть за более сильную футбольную школу, а я остался в Жодино. Но зато я отлично помню игру со сборной Украины на «Трудовых резервах». Я тогда забил со штрафного, и мы мало одолели. Любопытно, где на данный момент те украинцы? Мне кажется, ребята заиграли в добротных клубах.

— Во сколько лет вы попали в базу «Торпедо»?

–- В лет 16-17. Команда еще называлась БелАЗ. Да, мы как-то влетели «Динамо» 1:8, но я не считаю, что были очень слабенькими.  Я вообщем не страшился того «Динамо». Минчане меня впечатлили только тогда, когда там открылись Белькевич и Хацкевич. Это были игроки другого уровня. К ним причислю и Мирослава Ромащенко. Играя за «Ведрич», он такие вещи творил! Если его встречали два заступника, они не были преградой. Мирослав – просто красивый футболист. А что касается нас, то с командой психологически никто не работал, не раскрепощал юношей. 1-ый сезон в высшей лиге мы еще как-то выдержали, а после второго вылетели. А ведь хороший был коллектив. Я пришел в команду на замену Мише Хлусу, он всячески мне помогал приспособиться на поле. Застал я в команде и Олега Кубарева, очень узкого и умственного футболиста. Играл за нас и возрастной вратарь Андрей Креймер по прозвищу Мендоса. На одной из занятий у нас с Креймером произошел конфликт. Я Мендосе с близкого расстояния мячом влепил прямо в лоб. Его это так разозлило, что меж нами произошла стычка. Он желал поставить «малого» на место, хотя я себя «малым» не считал. Агрессивно ответил, о чем сейчас очень сожалею. Меня тогда оштрафовали, лишили средств на питание… Да хорошо, что мы о печальном. Давай лучше про разорванный мяч расскажу.

— Слушаю.

–- Был у нас таковой полузащитник Саша Супранович – человек крепкий, с сильным ударом. Помню, на одной из занятий он в единоборстве так очень стукнул по мячу, что он просто разорвался. Знаешь, попади он кому-нибудь в ногу, остался бы конкурент без голеностопа. Но в тот момент не подфартило мячу.

— Трудно в это поверить.

–- Да ну, спроси у хоть какого жодинского ветерана. Я такового большего никогда не лицезрел. А вот еще одна история. Меня же из «Торпедо» в армию сослали на четыре месяца. Службу проходил жд войсках в Жодино. Думаете, я там запамятовал, что такое футбол? Мы с прапорщиком организовали команду и заявились на первенство городка. Некие матчи проходили на главном поле стадиона «Торпедо», и мне удалось пойти против устава (солдат-срочник может только умываться раз в неделю в бане) и условиться, чтоб мужчины помылись в торпедовских душевых. Ты бы знал, Тарас, какое это было счастье для бойца! Мы, скажу для тебя честно, обыгрывали в этом турнире многих. Леонид Хрипач, 1-ый тренер Яна Тигорева, лично просил меня, чтоб я много не забивал его молодежной команде :). Отличные были времена.

*  *  *

— Когда вы ушли из «Торпедо»?

–- В 1993-м к нам пришел Миша Андружейчик. Увлекательный человек. Всегда на тренировки приходил с каким-то чемоданчиком. Но я пробыл в его команде недолго. Мог уехать в «Днепр», «Фандок», «Строитель» из Старенькых Дорог, но решил завязать с футболом.

— Из-за чего?

–- Со собственной заработной платой в 30 баксов я не лицезрел никаких денежных перспектив. Чем занимался в Жодино футболист, который заканчивал карьеру? Шел на БелАЗ, получал очень мелкие средства, за которые прокормить семью было проблематично. Я решил заняться делом. Мне не было и 20, когда я начал гонять машины из Германии и Польши.

— Ничего для себя.

–- А чему тут удивляться? В 1980-х ситуация в СССР была сложная, средств не хватало. Я в 16-летнем возрасте с большущими кубами сыра садился на поезд Минск-Москва, приезжал в столицу, продавал оптовикам и той же ночкой ворачивался в Беларусь. Так что помогать средствами отцу начал еще в детстве.

– Схема с машинами была отменная?

–- Да, гонять авто начал еще в паузах во время чемпионата. Поначалу ездил в Польшу – туда поначалу не нужна была виза, только загранпаспорт и ваучер. Садился на поезд, доезжал до Белостока и вспять ворачивался на автомобиле. Позднее за авто стал ездить в польский городок Жепин, что фактически на самой германской границе. Ну а позднее вообщем переехал на ПМЖ в Дрезден. Но тогда это уже был неплохой бизнес. К перегону автомобилей я начал подключать знакомых.

– Сколько вы имели с этого бизнеса?

– На тот момент это было доходное дело. Несколько тыщ баксов за месяц я мог тихо зарабатывать. С каждой машины выходило по 500-600 баксов.

– Зато на дорогах было беспокойно. Молвят, чтоб не попасться рэкетирам, необходимо было фактически весь оборотный путь в Беларусь провести без остановок.

– Так и есть, но рэкетиры все равно могли подойти к для тебя прямо в очереди на пограничном переходе «Кузница Белостокская». Рэкетиров было сильно много в Польше и Беларуси. В главном это были украинцы и белорусы, которые как-то умудрялись разделять меж собой сферы воздействия. Они все, естественно, выглядели по-спортивному, но суровыми спортсменами я их никогда не считал. Два похода в зал – это еще не показатель. Так что я их не страшился, решал вопросы расслабленно, но средств никогда не давал. Ну а если они меня подрезали на дороге, отвечал агрессивно. Только так можно было показать собственный нрав, остаться при деньгах. Но я, естественно, лицезрел, как у людей забирали и одежку, и средства. Я никогда не останавливал свою машину по сигналу незнакомцев. Делал это только тогда, когда меня тормозили полицейские. Они, кстати, тоже обожали содрать средств с перегонщика.

– Мать навряд ли поддерживала таковой бизнес отпрыска.

–- А мать не знала. Мать не поддерживала моей любви к футболу. Лицезрев, как меня, 17-летнего парня, по ногам дубасят 30-летние мужчины, больше на игры «Торпедо» не приходила.

*  *  *

— Почему в Германии вы решили возвратиться в футбол?

–- Я просто сообразил, что он мне сумеет приносить хорошие средства. А было это так. Мы с другом Мишей Исаенком в один прекрасный момент решили прокатиться на роликовых коньках. Около какого-то футбольного поля я увидел ребят, игравших меж собой. Решил присоединиться. За игрой следил серб, который оказался реальным футбольным агентом. Вот с его подачи я и вернулся в огромную игру. Попал на просмотр в команду ДСЦ из Дрездена. На тот момент клуб выступал в некий низшей лиге, а когда-то даже становился фаворитом Германии. Со мной были готовы подписать договор, но выслали поддержать форму в команду из Кесельсдорфа, пригорода Дрездена. Бегая с любителями, сообразил, что расслабленно могу играть как минимум в третьей лиге. Агент отыскал для меня команду из Западной Германии с неплохой заработной платой, но тот вариант сорвался.

Знаешь, никогда не забуду один случай. В один прекрасный момент вкупе Кесельсдорфом я участвовал в соревнованиях по мини-футболу. С 11 голами стал наилучшим бомбардиром турнира, меня одарили особым призом. Но рассказ не об этом. Во время 1-го из матчей я шел за мячом к лавке конкурента и услышал в собственный адресок «Русиш швайн» («Русская свинья» – Tribuna.com). Так завелся, что со всей дурачься треснул мячом по лавке. От злобы немцы повскакивали с мест и полетели на меня. Но моя команда в стороне не осталась и кинулась драться. Это была стычка стена на стену. Две германские команды лупили друг дружку из-за белоруса. Со стороны все это смотрелось очень символично. Арбитр все-же всех разнял, успокоил, а позже обе команды рукоплескали мне на награждении.

К слову, я привез в Кесельдорф из Жодино заступника Вадима Бразовского. Лично устроил Вадима в команду, условился об этом с тренером. Но клуб был слабоват, и его выслали играть в «Ризу», команду рангом выше. Знаешь, на данный момент подобные услуги именуются агентской деятельности, а тогда это была обычная и бескорыстная дружественная помощь.

Чуток позднее я на две недели слетал к сестре в США и сообразил, что это то место, где, наверняка, смогу воплотить свои планы. В Америке нет слова эмигрант. Зато в Германии оно никуда не пропало, и ты всегда ощущаешь, что являешься иноземцем в этой стране.

– В чем это проявлялось?

– Я родом из Восточной Европы. Из-за этого у меня было сильно много заморочек с автобизнесом, очень длительно получал всю нужную документацию. В США все проще. Почему? Да так как это страна эмигрантов. Там никого не делят на янки и чужих. Ко всем относятся идиентично, если ведешь себя правильно. Сестра организовала мне просмотр в команде «Харисбург Хит», которая игралась в южноамериканскую разновидность мини-футбола: хоккейная площадка, ковровое покрытие, большой мяч. В Беларуси таковой футбол не знают. Но если в нем платят по 5-6 тыщ баксов за месяц, почему бы в него не играть, верно? После первого денька просмотра меня посадили в автобус и повезли на турнир. Управление клуба оперативно решило все мои трудности. Скоро я получил вид на жительство, отыскал для себя квартиру. Так я и остался в Америке.

Невзирая на востребованность в зале, я желал играть на большенном поле. Съездил даже на просмотр в «Нью-Йорк/Нью Джерси МетроСтарз». Тренер произнес, что я футболист неплохой, резвый, но легионер. Команда могла иметь в составе только ограниченное количество иноземцев. Из-за этого я так и не заиграл в МЛС, хотя мог бы. Уровень лиги позволял.

Но в мини-футболе тоже было любопытно. Команды время от времени подписывали договоры с неплохого уровня ветеранами, легионерами из Югославии, Аргентины. На наши матчи время от времени приходили по 20 тыщ человек, а в Кливленде ребята держали плакат с моим именованием, написанном на российском языке. К огорчению, моя заработная плата на тот момент была не самой высочайшей. Мне ее не поднимали, и я решил вновь испытать себя в большенном футболе. Игорь Доценко, экс-дублер киевского «Динамо», пригласил на просмотр в команду из минорной лиги. Я тренился с ней, чувствовал, что это конкретно то место, где у меня все может получится, но получил травму и все сорвалось. Я пребывал в томном духовном состоянии, не осознавал, почему все так выходит. Но с течением времени сообразил, что все сложилось потому что нужно, и в 2000 году за свои средства я основал футбольную школу American soccer academy. Если честно, все вышло очень спонтанно. Знакомый янки попросил, чтоб я за средства потренировал его отпрыска. Ему понравилось.После чего обо мне узнали во всем нашем маленьком Вурхисе (город в штате Нью Джерси – Tribuna.com).

— Как у вас было с английским?

–- Он был на очень малом уровне, хотя базисный британский я освоил стремительно. У меня просто не было другого выбора. Если б не выучил язык, я бы, наверняка, возвратился в Беларусь. Так в большинстве случаев и бывает. Но вначале в разговоре с детками мне помогал футбол. Знаешь, как я продвигал свою школу? Брал для себя в ассистенты вратаря, играл против 12 малышей и обыгрывал их. Детишкам это нравилось, предки стали доверять. Мне даже не пришлось ходить по школам. Вурхис – город небольшой, обо мне очень стремительно стало понятно. Но средства сначала получал маленькие, а мне необходимо было выплачивать кредит за машину и квартиру. Из-за этого пришлось устроиться развозчиком пиццы в примыкающем городе. С утра я возил пиццу, а вечерком тренировал малышей на арендованном поле.

— Трудно ли было начать тренировать без опыта?

–- Естественно, но для преподавания мне не надо было образование, как это требуют в Беларуси. Главное, чтоб для тебя доверяли предки. Ко мне они относились очень отлично. Я учил деток не только лишь играть в футбол, да и мыслить на поле. Это был мой самый главный принцип. А еще как было? Малыши богатых родителей кидали после занятий родителям ранец, дескать, давай, неси, домой, а я это сходу пресекал. Останавливал, гласил, чтбоы взял портфель и нес далее сам. Пап и мам это поражало, но все они делали. Предки лицезрели, что их детям со мной нравится, платили за личные тренировки. Евреи, итальянцы, америкосы, чьи малыши игрались в моей команде, до сего времени меня благодарят.   

– Сколько для вас платили за одну тренировку?

– 150 баксов. Когда малышей стало много, я пригласил на работу знакомых американских и русских футболистов. Они мне здорово посодействовали. Мы вели малышей от 4 до 16 лет. В конечном итоге Достен Маккартни, мой воспитанник, прямо на данный момент играет за юношескую сборную США по футболу, а одна женщина ранее выступала за националку. Приблизительно в то же время я решил сделать команду из белорусов, живущих в Америке, и организовал турнир по мини-футболу посреди эмигрантов. Дело в том, что в Филадельфии, где мы часто игрались с друзьями, сильно много белорусов. Потому устроить турнир было не неувязкой. Через Сашу Врадинского, неплохого товарища, который мне до сего времени помогает в бизнесе, я вышел на других сограждан. Так и познакомился с Юрой Мазурчиком и Сергеем Сахаревичем, которые ранее выступали за «Неман». Классные ребята. Ты бы знал, как на тех турнирах мы возили бразильцев. Мазур, как в Беларуси, так и в Америке повсевременно выпрашивал пенальти, картинно падал :). Совершенно не поменялся. Таковой же «аферист» на поле. А команда у нас была неописуемая. Мы выиграли все, что могли.Судьи даже спрашивали, а не пора ли нам сбавить обороты.

– Кстати, как дела на данный момент у Мазурчика?

– Живет в Филадельфии, работает в строительной компании на неплохой должности. Дочка вышла замуж за украинца, с которым мы игрались в футбол. Так что все у него отлично. Что касается Сахаревича, он работал совместно с Мазуром, но позже решил возвратиться в Беларусь. Живет в Гродно.

– А вас на родину не тянет?

– Я даже не рассматриваю таковой вариант. Мой дом на данный момент за океаном, мой бизнес – тоже там. Поработав в футбольной школе, я снова занялся автобизнесом. Руковожу компанией, которая поставляла в Беларусь новые модели «Мерседеса» и «Лексуса», а на данный момент работает на внутреннем рынке. Параллельно занимаюсь жилой и офисной недвижимостью. Я много работал, зарабатывал очень огромные средства. Америкосы даже удивлялись, как я, эмигрант, могу зарабатывать больше их. Представляешь?

– Не очень. А сколько вы зарабатываете в месяц?

– Это бестактный вопрос. Я не буду отвечать на него.

– Отлично, тогда сколько необходимо мало зарабатывать в США, чтоб ощущать себя комфортабельно в этой стране?

– Думаю, 5 тыщ баксов. Большая часть этих средств уходит на оплату жилища, другие бытовые растраты.

– Назовите самый противный инцидент, который произошел с вами в Америке.

– В 2008 году в бизнесе растерял сумму с шестью нулями и остался ни с чем. Все средства были вложены в недвижимость, а я по определенным причинам остался без нее. От меня даже ушла супруга. Это был очень тяжкий период в моей жизни. У меня вообщем не было средств. Но давайте об этом не будем гласить. В любом случае я сумел начать все поновой, и на данный момент ощущаю себя полностью хорошо.

*  *  *

–  У вас есть южноамериканское гражданство?

– Да, естественно.

– Тогда за кого голосовали на выборах?

– За Дональда Трампа. Если честно, опешил, когда прочел в европейской прессе, что за него голосовали «реднеки», типа колхозники. Но я для вас полностью заявляю как человек, которые живет снутри бизнеса: за Дональда голосовали довольно богатые люди. Почему? Да госдолг страны при Обаме возрос вдвое. Это вызвало недоверие у многих. Трамп на данный момент собирается решить этот вопрос. И победа над Хилари Клинтон показала, что ему веруют, он популярен. Хотя критично отзывается об ЛГБТ-движении, рэп-музыке, желает убрать высочайшее пособие по безработице, из-за чего его некие тоже не обожают. Но главное – он остается самим собой и всегда гласит правду, не играя со своим электоратом.

– Вы ощущаете себя янки?

– Ну и я очень переживаю за Америку, перспективы этой страны. Мне импонируют америкосы. Они неагрессивные, добрые. Многие молвят, что америкосы неискренне улыбаются, но это не так. Просто им отлично живется, вот они и улыбаются. Мой тренер по фитнесу всегда на позитиве. Увидит меня, просто цветет. Даме 69 лет, но она смотрится очень молодо. Тарас, ты не веришь? Взгляни на фото.

Там многие в возрасте смотрят за собственной физической формой. В США так принято, в Минске такового нет. Ты тут идешь по улице посреди нахмуренных людей. А почему так? Просто в Беларуси есть нехороший бытовой груз. Это, естественно, плохо, но мое сердечко все равно всегда принадлежит моему небольшому городку Жодино. На данный момент вот думаю, какой подарок еще ему сделать. В перспективе желаю выстроить открытую футбольную площадку на стадионе собственной общеобразовательной школы, чтоб каждый желающий мог играть, развиваться, участвовать в различных ивентах. Думаю, хороший подарок. Как ты думаешь? Да и вообщем я желаю обратиться к белорусским ребятам, которые сделали состояние в эмиграции. Сделайте что-то не плохое для собственного двора, малеханького городка, даже для соседа. Мы никогда не должны забывать страну, в какой росли и воспитывались.

***

– Ваше желание провести турнир в Жодино многих изумило. Некие считали, дескать, для чего ему это, если все можно и в Америке сделать.

– Так задумываются только те, кто плохо меня знает. Для моих близких этот турнир любительских команд неожиданностью не стал. Детские соревнования я уже проводил когда-то США, а сейчас возжелал сделать что-то схожее в родном городке. Да, с коммерческой точки зрения было бы прибыльнее провести турнир в Минске, где условия, естественно, лучше. В Жодино есть всего только один применимый для соревнований зал, участвуют фактически только местные ребята. Хотя, признаюсь, была возможность через знакомых пригласить Александра Кульчия, других узнаваемых белорусских футболистов, но не срослось.

Естественно, эти соревнования можно сделать еще больше колоритными, перенести на улицу, но я за выгодой вначале не гнался. Этот турнир – попытка что-то возвратить родному городку за то, что он воспитал меня, отдал спортивное и общее образование. Соревнования преследуют несколько целей. Во-1-х, это не плохое времяпрепровождение для молодежи. В спорткомплексе «Асілак» были сделаны хорошие условия. Во время матчей можно было приобрести чай, кекс, поглядеть, как в перерывах меж матчами выступают девушки-черлидерши. А во-2-х, этим мероприятием я желаю дать толчок развитию молодежного футбола в городке. Психологически никто с малеханькими футболистами не работает. А они должны развиваться, веровать в себя и не мыслить, что родились в небольшом городке из малеханькой страны. Потому все средства, собранные через взносы на роль, пойдут на компанию поездки команды ДЮСШ на турнир в Мюнхен. Ребята получат возможность сыграть с сильными командами, поглядеть «Альянц Арену». Кстати, всю компанию турнира в Жодино держит под контролем юный и профессиональный тренер Алексей Михайлов. Его активность отдала мне новый толчок для проведении этих соревнований. К слову, в этом году мы с Михайловым игрались в одной команде и стали чемпионами.

– Для вас трудно было вышибить зал под турнир?

– Если б я не играл в футбол, не родился бы в Жодино, отыскать поддержку было бы очень трудно. Но у меня до сего времени дома много друзей и знакомых. Мне очень посодействовал директор ФК «Торпедо-БелАЗ» Миша Хлус, с которым когда-то игрались в одной команде. Благодаря ему все вопросы были решены.

Я помогаю не для того, чтоб позже кое-чем хвалиться, гласить, сколько в этот проект вложено средств. Все это не так значительно. Когда я начинал заниматься футболом, с нами ментально никто не работал. Потому мне охото, чтоб детки смогли поверить в себя, игрались только с наилучшими футбольными школами и ставили впереди себя высочайшие задачки.

ФОТО: создателя и из личного архива С. Белошапки.