самые выигрышные слоты в 1xbet статистика

Трехкратный фаворит мира вспоминает, как гонялся с Гроссом, Пуаре и Фишером и посодействовал Бьорну Ферри стать олимпийским фаворитом.

Сашурин

Слабенькое звено

Когда я выступал в большенном спорте, коньком белорусской сборной были командные гонки и эстафеты. Они подходили для государств со размеренным квартетом биатлонистов. Итог в командной гонке всегда зависел от самого слабенького звена в четверке. Чем резвее бежал слабейший, тем выше были шансы у всей команды. Не принято рассуждать, кто у нас был самым нестабильным. Отдельным персонажем эстафетного квартета был Александр Сыман – очень неспешный по собственной природе стрелок, он никак не мог ускориться на стрельбе, но, по последней мере, «ковырял ноль». Казалось, у Саши приобретенный ступор, и пока ему не дашь подзатыльник, он не начнет стрельбу. Задачка у него была одна: стрелять пусть длительно, но точно. Я считаю, что сейчас в командных гонках лидерство должно быть за россиянами. Норвежцы не могут стрелять чисто, немцы делают это очень медлительно, у австрийцев и чехов не хватает 4-ого человека, у французов есть слабенькое звено, которое тянет команду вниз, а у белорусов вообщем отсутствует конкурентоспособная команда.

Французское пижонство

Мне всегда не нравилась вальяжность, которую французы позволяли во время гонок. Сейчас продолжатель традиций – Мартен Фуркад. На чемпионате мира в Нове-Место в 2013 году он подъезжал к решающей стрельбе с колоссальным припасом сил. Француз решил завести конкурентов и попробовал ускорить их прямо перед рубежом. Но у большинства атлетов есть своя голова, каждый подходит к стрельбе в собственном темпе. Никто не повелся на провокацию Фуркада. В конечном итоге Мартен первым же выстрелом угодил в молоко, большая часть ребят совладали со стрельбой и уехали на финиш. Француз нередко кидает борьбу, если идет речь о местах вне пьедестала. Это непозволительно, в особенности когда ты выступаешь в командных гонках. Поглядите на Домрачеву: она оставляет в эстафете последние силы. Понятно, что Мартен самый сильный в сборной, но это не оправдание. С возрастом я проследил закономерность: женщины-француженки прекрасные, гуманные, великодушные, а мужчины какие-то «недоделанные», многие как-то по-бабски ведут себя в гоночных ситуациях. В прощальном старте для Пуаре Уле Эйнар вырвал у него золото по фотофинишу и не дозволил французу уйти победителем. Я думаю, если б на месте Рафаэля был некий австриец, может, развязка была бы другой. У Пуаре была репутация истерички, как и у Фуркада, может быть, этим и разъясняется непокладистое поведение Бьорндалена.

батл

Не олимпийские, но наилучшие

Во время моей карьеры самыми потрясающими биатлонистками были Коринн Ниогре и Мартина Бек (Глагов), я тащился от их стрельбы. Ниогре очень уверенно держалась на стрельбе в силу дамских особенностей костей таза, казалось, никакой ветер не мог ее пошатнуть. А германка отличалась неплохой моторикой движений. В мужском биатлоне этим сейчас могут повытрепываться Лукас Хофер и Владимир Чепелин. За Беларусь (а чуток позднее за Украину) в свое время выступала Ира Тананайко, у нее была кличка «clean machine». Ирина очень изредка промахивалась, пусть стреляла медлительно, но за сезон допускала промахов меньше, чем пальцев на одной руке. В памяти остаются калоритные спортсмены, которые, может, и не становились олимпийскими чемпионами, но имели собственный уникальный стиль. Есть призеры и фавориты Олимпиад Сергей Новиков, Евгений Редькин, Лена Хрусталева. Я очень отлично к ним отношусь. Но болельщикам трудно припомнить какие-то истории из их карьеры, черты особенности. А есть биатлонисты, которые пусть и не выигрывали глобусов, но были уникальными и запомнились навечно.

Дамский биатлон – отдельный вид спорта

Некие могут дуться на меня, но я считаю, что есть два различных вида спорта: биатлон и дамский биатлон. Ранее мужчины проводили разминку во время дамских гонок на трассе. Мы никогда не могли осознать до конца – разминаются девчонки либо уже бегут в полную силу, в особенности когда они были без курток. Дамы демонстрировали очень низкие скорости по сопоставлению с мужиками. Потому для меня дамский биатлон – это пародия, но очень прекрасная:). Реально бьются совершенно мало девчонок. В мое время были отдельные кадры и посреди дам, которые восхищали манерой борьбы. Те же норвежки Лив-Грете Шельбрей (Пуаре) и Гунн Маргит Андреассен преобразовывались в хищниц, просто рвали трассу. Либо вспомните немку Нойнер: когда она подъезжала к стрельбищу, все морально готовились к катастрофе с пятью промахами. Стрелять Магдалена так и не научилась, но запомнилась собственной харизмой и талантом. В дамских гонках совершенно другая конкурентность. У мужчин около сорока человек рубятся в безумном темпе за призы, у женщин – бьются спортсменок шесть-восемь. На Олимпиаде в Сочи вообщем было два отдельных вида программки – один исполняла Даша Домрачева, другой – все другие. С ней никто не мог тягаться, частично неинтересно было глядеть. А сколько секунд дамы теряют, когда приводят себя в порядок прямо на рубеже. При повторе олимпийской гонки я даже собственной супруге демонстрировал, сколько секунд она растеряла на том, чтоб поправить мейкап, шапочку, очечки, осталось только губки накрасить. Сможете направить внимание на мейкап, с которым бегает Соукалова. Мужчины вообщем по-другому к этому относятся. Взять такого же Бьорндалена: весь в соплях несется к победе. Хотя я никогда не осознавал – неуж-то трудно вытереться? Это вообщем не отбирает времени.

Габи

Любовное закулисье

Семейные пары в биатлоне – уникальность. Да, спортсмены много времени проводят вкупе, у неких появляется симпатия. Бывает, зарождается чувство меж спортсменкой и тренером либо сервисменом. Но любовные истории в биатлоне – это, быстрее, исключение, чем правило. Дела завязываются и строятся так же, как и в обыденной жизни: приглянулись, пообщались ближе, сделали семью либо разбежались. Тут нет особой кухни, снутри которой только и строятся отношения. Я бы не подписался под брак с иностранкой. Чужой язык и чужие традиции никогда не станут родными. Я много времени проводил в Канаде, но для меня до сего времени остается дикостью, что уже в восемь вечера жизнь там замирает. У нас все напротив: человек приходит с работы, ему охото поболтать, поделиться событиями за бокалом вина. Зато канадцы пробуждаются в 5 утра и в 6 уже дружно стоят в пробках.

Истории Бьорна Ферри

В один из собственных первых сезонов на Кубке мира Ферри пришел ко мне после гонки со словами: «Я сообразил, что совсем не умею стрелять. Как ты это делаешь?» Я знал, как тактически спланировать гонку, и швед это увидел. Длительное время я в натуре и дистанционно тренировал его, мы часами посиживали на телефоне. В олимпийской медали Ферри, может быть, есть и моя награда. Мне тогда предлагали тренировать сборную Швеции в качестве стрелкового профессионала. Но я осознавал, что не желаю браться за несистемную работу, чтоб из меня высосали все мозги и попрощались. Кстати, на мою допинговую историю швед одним из первых отреагировал сообщением: «Как ты мог!» Я ему кратко ответил: «Как не много для тебя нужно, чтоб разочароваться в человеке». Я уже после Игр в Солт-Лейк-Сити не планировал продолжать выступления по состоянию здоровья (иммунная система была разрушена) и перебежал на тренерскую работу в Канаде. Просто не успел официально «закруглить» карьеру, толковые спортсмены лицезрели это и трезво оценивали происходящее. Тот же Гросс при первой встрече похлопал по плечу, успокоив: «Вадик, жизнь беспощадная, так бывает». Бьорндален тоже с осознанием отнесся к инциденту. Все понимали: я никогда не бегал на продуктах, а просто пробовал излечиться в тот период, и допинговый скандал стал ножиком в спину уходящему спортсмену. Через год Ферри извинился за свои слова. Далай-лама XIV гласил: «Прежде чем осуждать кого-либо, возьми его обувь и пройди его путь». Книжку «Ferry tales» я не буду читать. Его разоблачения просто молвят об уровне культуры человека. Это все равно что говорить о собственных бывших девчонках. Я в спорте был подольше, чем Ферри, и историй накопилось побольше, чем у него. Просто я не занимаюсь таковой ерундой, не пересказываю личные, интимные вещи.

Ферри

«После очередной рюмки держался на ногах, а позже ел рыбу с бумагой». Как зарубежные биатлонисты отрывались в Рф

Любимцы и таланты

Мой возлюбленный биатлет всех времен – Франк Лючок. Он грамотнейший спортсмен, который был довольно скорострельным, психологически и стрессоустойчивым, оставался четким в ветер и верно распределял силы по трассе. Практически у всех биатлонистов есть свое «западалово». У такого же Бьорндалена находится скорость, но хромает стрельба, у Андерсена – крутой бег, но мерзкая статистика на рубеже. А Лючок умел уравновесить все составляющие и выступить ровно.Из гонщиков самым-самым всегда считал Ларса Бергера. Он единственный биатлонист, которому я бы поставил 10-ку за технику бега. У меня волосы стоймя вставали от восхищения, когда Бергер пробегал рядом. Он так прекрасно и массивно двигался по дистанции, что трудно было остаться флегмантичным. Техника Мартена Фуркада – гибкая, отработанная, многие именуют ее примерной. Но Бергер – птица совсем другого полета.

Биатлонные фэйлы

Иногда глуповатый ляп мог запороть всю гонку. На одном из командных стартов на чемпионате мира мы попали в сильный снегопад, и после 2-ух выстрелов Саша Попов спросил: «Куда ты стреляешь?» Оказалось, что стрелял по его установке. Я переизготовился и закрыл оставшимися пулями три свои мишени. А Попов разобрался с 3-мя своими мишенями 4-мя патронами, и один остался у него в стволе. На спуске он выкинул пулю, задумывался, обойдется. Но я осознавал, что на финише ожидают санкции. Нас позже спрашивали: почему Попов не дострелял по моей установке свои пули? Это не запрещено. Российские – Майгуров и Тарасов – так и поступили и не получили никаких санкций. Мы в той гонке финишировали 4-ыми, но две добавленные минутки откинули команду в хвост протокола.

Величавый, но по зубам

Бьорндален с первых гонок показал, кто он таковой. У норвежца очень высочайшая скорость по дистанции. Но его можно подловить на ускорениях, так как Уле Эйнар – худой спортсмен, ему нередко не хватает мышечной массы. На чемпионате мира в Словении мы сражались с Уле за серебро эстафеты. На подъезде к финишу у меня был припас в 5 метров, и я осознавал, что нельзя позволить Бьорндалену приблизиться. Лыжи у норвежцев всегда катят феноменально – над этим работают наилучшие мастера мира. Та эстафета была для меня уже пятой гонкой чемпионата, ранее в каждой боролся за медаль, сил не оставалось. На решающей стрельбе мы распределяли медали с Пуаре, Ростовцевым и Бьорндаленом. Рафаэль удрал с рубежа первым, когда мы только начинали стрелять. Я конкурировал с Пашкой, у которого было два золота Поклюки, и Уле Эйнаром, который всегда оставался величавым Бьорндаленом. Стрельба – это тактические игры. Принципиально первым произвести выстрел и притормозить оппонентов. Это я и сделал. Пашка «залип» на стрельбище, наверняка, дрогнул от наших выстрелов. А мы с Уле Эйнаром убежали разыгрывать серебро и бронзу. Я очень массивно отработал в подъем, дал последние силы, и на спуске у меня просто вырубило свет. Не мог держать глаза повсевременно открытыми, мерцали какие-то фотографические вспышки, задел плечом дерево, умопомрачительно, что сумел вообщем доехать до финиша. До сих мурашки по телу от этих стршных мемуаров. Вырвал у Бьорндалена секунду и привез Беларуси серебро, а начинал собственный шаг пятым.

Уле Эйнар

Зажали «сопливчика»

В самом начале гонки не принято навязывать борьбу, принципиально занять прибыльную позицию и катить в умеренном темпе, приберегая силы для стрельбы и финальных разборок. В одной из гонок в Поклюке (не помню, в каком году) я возглавил пелотон со старта, следом ехал Паша Ростовцев. И вдруг мы увидели, что норвежцы пробуют навязать борьбу, провоцируя биатлонистов на ускорение. Пашка по-русски мне прошептал: «Вадик, смещаемся на лево, зажимаем сопливчика» (мы так в шуточку называли Уле Эйнара). Вроде, безобразно так делать, но мы аккуратно двинулись в сторону, и норвежцы откатились на свои места.

Неуязвимый Свен

По физическим данным Свен Фишер был самым сильным гонщиком, у него не было слабеньких мест. Поглядите на спину и ноги Фишера. У Свена была та мощь, которой не хватало Бьорндалену. Топ-10 стрелков мирового биатлона всегда отличались высочайшей степенью реакции на откладывание выстрела. Кажется, что выстрел уже должен быть произведен, но у спортсмена срабатывает интуиция: что-то может пойти не так – и он поновой начинает цикл обработки. Это гласит об уровне стрелка. Эталонами в этом были Рожков, Ростовцев, Пуаре. На стрельбище биатлонист всегда слышит: конкурент попал, промахнулся либо это был габарит. Эти различные звуки – на 1-ый взор, мелочи – способны поменять ход борьбы. Покидая стрельбище, гонщик может немного прикоснуться к лыже конкурента кончиком собственной либо даже сброшенным с лыжи снегом. Это очень нервирует оппонента, потому лучшие биатлонисты – отличные  стратегии. Задевали ли меня таким макаром? Не припомню. Дело в том, что я обычно первым уходил с рубежа.

Свен

Гросс. Труд. «Дружба»

Самые достойные внимания финальные спурты у меня были с Рикко Гроссом. Он два раза наказывал меня на финише. Мой козырь – сильный плечевой пояс, у Гросса – очень массивные ноги. Здесь я не мог с ним конкурировать. Помню, после второго победного финиша Рикко подошел с удивлением: как это два раза удалось выиграть у меня на последних метрах, ведь он считал себя слабеньким финишером. Мы гонялись с Гроссом еще в 1988 году в «Раубичах» на соревнованиях посреди соцстран «Дружба». Я два раза становился вторым, а Гросс был первым и третьим. Я бежал тогда коньком на традиционных лыжах, так как других не досталось. Столько лет мы с ним бодались на равных, вся моя карьера прошла с Гроссом! Не удивлюсь, если нас с супругой забудут пригласить на «Гонку легенд»… В прошедшем году позвали гостем за три денька до мероприятия. В любом случае приеду и встречусь со старенькыми друзьями. 

Фото: Reuters, AFP, Peoples.ru, РИА Анонсы, Bongarts, БФБ.