как обыграть 21 в 1хбет

В марте игрок сборной Беларуси чуть не перебрался в клуб, о котором на данный момент скорбит весь мир.

В Колумбии, недалеко от Медельина, потерпел крушение самолёт с 72 пассажирами на борту, посреди которых были футболисты бразильского клуба «Шапекоэнсе». Им предстояло сыграть в первом финишном матче Копа Судамерикана (аналог Лиги Европы) с колумбийским «Атлетико Насьональ». Не считая игроков и экипажа самолёта (девять человек) в самолете находились руководители «Шапекоэнсе», тренерский штаб, технический персонал, журналисты и почётные гости. На данный момент понятно о 76 погибших.

Бразильская команда разбилась на самолете

Болельщики прощаются с разбившейся командой

Если б судьба не сделала зигзаг, на борту полностью мог оказаться бразилец с белорусским паспортом Ренан Брессан. Полузащитник, поигравший за БАТЭ и «Аланию», в марте был близок к переходу в «Шапекоэнсе», но в последний момент для продолжения карьеры избрал кипрский АПОЭЛ:

В пн вечерком мы созванивались с папой и как раз гласили о «Шапекоэнсе». Вспоминали, что я мог стать игроком этого клуба, и гласили о том, что я полностью мог бы играть в конце Копа Судамерикана против «Атлетико Насьональ». Мало обсудили игру «Шапекоэнсе», ее стиль, и я лег спать.

На утренней тренировке ко мне подошел товарищ по команде: «Ты слышал, что случилось с «Шапекоэнсе»?» Я тогда еще ничего не знал. Когда он поведал о катастрофе, сразу взял телефон и начал находить информацию. Прочел анонсы, увидел фото – это кошмар! Вторник стал черным деньком не только лишь для бразильского, да и для всего мирового футбола.

Практически сходу получил сообщение от матери: «Видишь, отпрыск, это судьба. Бог выручил тебя от трагедии». Чуток позднее позвонил старший брат, теща, друзья. Не знаю, судьба ли это, но отлично, что все сложилось конкретно так. Управление «Шапекоэнсе» очень желало созидать меня в команде. Я был готов принять предложение. Лицезрел, что клуб развивается очень стремительно. Он уже три года размеренно выступал в высшей лиге чемпионата Бразилии, играл на интернациональной арене. Плюс ко всему мне хотелось играть ближе к дому. Я вправду всегда болел за этот клуб из моего штата.

Уже условились по заработной плате и другим аспектам, но в «Шапекоэнсе» предлагали договор лишь на один год. Мне же хотелось соглашения минимум на два года. Я нуждался в стабильности, только из-за этого переход не состоялся. После неплохого сезона в Португалии у меня хватало предложений, потому решил избрать другой вариант развития карьеры.

Еще в марте общались с директором клуба, который умер при крушении самолета. Я знал президента федерации футбола нашего штата, который тоже был на борту. Был знаком с вратарем Марсело Буком, который не полетел с командой. Даже и не задумывался ему звонить. Уверен, он переживает очень большой шок. На данный момент нет смысла дергать его.

В Бразилии объявлен трехдневный траур. Считаю этот поступок правильным. Также отменили конец Кубка Бразилии и последний тур чемпионата. Естественно, уже ничего не возвратить, но это верно. По этой команде скорбит вся Бразилия. Необходимо почтить память этих людей. Понимаешь, мы не знаем, что будет завтра. Хоть какой из нас мог оказаться в этом самолете.

Сейчас даже на Кипре целый денек льет дождик. Такового не было месяцев 5. Это очень-очень ужасный денек. Погибло столько людей. На данный момент никто не знает, что будет далее с клубом. Уже решено, что в течение 3-х ближайших сезонов «Шапекоэнсе» точно не вылетит из высшей лиги, даже если займет последнее место. Клубы решили дать команде минимум 2-ух игроков в бесплатную аренду. Правда, пока это все дискуссии. Никто не знает, что будет далее.

Футболисты много летают, это специфичность нашей профессии. Когда играл в БАТЭ, «Алании», Казахстане, приходилось нередко использовать самолеты. Я очень боюсь перелетов. Просто очень-очень. Всегда становится страшновато, когда захожу в салон. Пью пилюли, чтоб резвее заснуть, это малость помогает. Если самолет начинает, хоть незначительно потряхивать, сходу становится жутко и начинают потеть руки. Ничего не могу с этим поделать. Когда летели на последний матч Лиги Европы в Астану, самолет попал в зону турбулентности. Мне было очень жутко, но такую уж профессию я избрал. Когда игроки садятся в самолет, они ничего не могут поменять. Нам только остается надежды на наилучшее.

После происшедшего еще более боюсь летать. На данный момент очень тяжело гласить. Понимаешь, мы нередко переживаем из-за мелочей, относясь к ним как к суровым дилеммам. Футболисты изредка бывают кое-чем довольны. У каждого есть какие-то претензии к жизни, но все это такая ерунда по сопоставлению с тем, что вышло с «Шапекоэнсе».

Фото: REUTERS/Paulo Whitaker (2,3)