1хбет деньги

Денис Романцов побеседовал с Дмитрием Хомухой

Четыре года вспять Дмитрий Хомуха выиграл с юношеской сборной Рф чемпионат Европы, вывел ее в плей-офф чемпионата мира, через два года дошел с той же командой до конца Евро U19, но, взявшись за сборную U21, проиграл три матча из 4. Геннадий Орлов выслушал тогда Хомуху в рамках технического комитета и поделился инсайдом: «Давыдов и динамовцы к другим ребятам в молодежке относятся плохо, они уже типо мастера, а эти – помоложе». Один из динамовцев, Григорий Морозов, добавил: «Получается, что есть 1996 год, а есть другие, которые приезжают, чтоб на лавке посидеть». Хомуха оставил тогда молодежку (без него она в 6 играх одолела только раз – на Фарерах) и – после недолгой работы в «Риге» – в феврале этого года взялся за сборную Рф 2002 года рождения.

– Сейчас вы бы изменили что-то в работе с молодежной сборной?

– Я никогда не жалею о том, что сделал, – гласит Хомуха в одном из кабинетов Дома Футбола. – Все решения принимаю осознанно и не поддаюсь чувствам. В работе тренерского штаба я бы ничего не стал поменять. Другое дело, что сейчас я бы учел аспекты отношений старших с младшими. На некий стадии они закончили ладить меж собой.

– Старшие игроки (Морозов, Зобнин) гласили, что в сборной U21 вы делали ставку на 19-летних, с которыми побеждали на юношеском Евро. Это ваше осознанное решение либо у старших игроков сложилось обманчивое воспоминание?

– Нет, это не обманчивое воспоминание. Мы отталкивались от ряда характеристик, и оказалось, что с физиологической точки зрения и психической подготовки 19-летние игроки выглядели лучше (нашу правоту подтвердило то, что многие из их спустя 18 месяцев играют в главных составах собственных клубов). Просто на тот момент им было тяжело биться с более старшими игроками из других сборных.

– Вы гласили, что столкнулись с отсутствием у тех же старших игроков мотивации игры за молодежную сборную. Вас это шокировало либо вы ждали подобного?

– Я не задумывался, что склад ума близких по возрасту игроков будет так различным. Когда я произнес, что некие игроки не желают играть в молодежке, мне предъявил претензию «Зенит-2». Но если кто-то покажет, где я гласил о нежелании ехать в сборную конкретно игроков «Зенита-2», я готов на публике извиниться. Я приведу для вас один пример, а читатели сами сделают выводы.

Отборочный раунд продолжается год – 10 матчей. Мы вызвали футболиста «Рубина» Набиуллина. В ответ на 1-ый вызов пришла справка о том, что он травмирован и не может участвовать в сборе. Мы согласились. В первых 2-ух матчах он не участвовал. На последующий сбор мы его вызываем, он приезжает, проводит две тренировки и гласит: «Я травмирован, играть не могу». Мы провели обследование: ничего сурового не нашли. Я как тренер понимаю, что игрок не лицезреет себя в команде. При всем этом после вызовов в молодежную сборную Набиуллин выходил во всех без исключения матчах за «Рубин» (сможете поднять календарь и сравнить). Хорошо бы он не желал играть под моим управлением, но после меня в молодежной сборной был другой тренер, и ситуация повторялась. Прошло 10 матчей отборочного турнира – Набиуллин не поучаствовал ни в каком.

– Вы сами у него выясняли, для чего он изображал травму?

– По всей видимости, была какая-то неопределенность с договором, и он расставил ценности. Избрал клуб, а не сборную. Мне трудно представить аналогичную ситуацию, к примеру, в Германии.

– С Морозовым и Зобниным были такие же трудности, как с Набиуллиным?

– Там было дело в их текущем многофункциональном состоянии. Тренерский штаб посчитал, что они перегружены и находятся не в хороших кондициях.

– На данный момент вы тренер сборной 2002 года рождения. Это поколение ментально отличается от 1996 года – Головина, Митрюшкина и других?

– Моя задачка в том и состоит, чтоб сориентировать это поколение так же верно, как и ребят 1996 года. На данный момент много негативного говорится в адресок юных футболистов, но необходимо привести и положительный пример. Один футболист из сборной 1996 года на данный момент осознанно пошел на трехкратное уменьшение заработной платы, сменил один русский клуб на другой, чтоб биться за место в составе, а не наслаждаться тем, что он в родном городке, все отлично и он посиживает, как в теплице – ни ветра, ни дождика. Я мало знаю примеров, когда юный футболист соглашается на тройное снижение заработной платы, притом что в новеньком клубе ему никто не гарантирует место в составе.

– Вы гласите, что верно сориентировали игроков юношеской сборной 1996 года рождения. Как конкретно?

– Сориентировали в жизни. Произнесли им, к примеру, что они живут в стране, где сильно много заморочек, и если они этого не понимают, то трудности будут у их.

– На что вы ориентировали при подборе игроков в ту сборную и на что будете – на данный момент?

– На динамичный характер. Если у человека феноменальное техническое оснащение и он отлично считывает игровую ситуацию, но нет динамичного характера, рвения биться на каждой тренировке и умения жертвовать второстепенными вещами, он ничего не добьется.

– На Евро U19 вы обыграли Испанию в группе, но уступили ей в конце. Воспрепядствовало то, что большая часть игр перед концом приходилось играть в жару?

– Непременно. Все началось с жеребьевки. Из-за политической ситуации на Украине нас перебросили в другую группу, к Испании, Голландии и Германии. По непонятным причинам нам поменяли и время начала матчей. Все групповые игры мы проводили в самую томную погоду – выше 30 5 градусов. К концу мы были на физическом уровне истощены.

– Вы ведали, что в штабе Германии и Испании было вдвое больше человек, чем в вашем.

– Да, тренеров и других служащих у их было чуть не больше, чем игроков, при всем этом не было излишних людей, каждый занимался своим делом – и занимался им здорово. Живя рядом, мы лицезрели это. Наш же штаб столько времени растрачивал на обработку инфы по нашей команде и конкурентам, что спать мы ложились за полночь. У Германии с Испанией были скауты, которые вживую просматривали конкурентов – у нас с такими поездками были определенные трудности. Еще запомнилось, что германский тренер по физподготовке смотрел за физической формой других тренеров и выводил их днем на пробежку и другие упражнения. На таких выматывающих турнирах физическая форма принципиальна и для тренеров. Нам есть чему поучиться.

– Вы продолжаете смотреть за игроками, с которыми выигрывали Евро U17 и выходили в конец Евро U19?

– Естественно. После возобновления чемпионата 6 человек нашей сборной 1996 года рождения выходили в стартовых составах собственных клубов. Для нас это неплохой показатель – означает, после тех шагов, которые эти ребята прошли под нашим управлением, они оказались конкурентоспособны во взрослом футболе.

– Почему конкретно Головин первым попал в базу взрослой сборной?

– У Саши не плохое базисное техническое оснащение и правильное понимание того, что он из себя представляет на сегодня. У него были свойства, которые необходимо было подтягивать – он прислушался к нашим советам и равномерно стал прогрессировать, стал фаворитом команды, ведущим за собой партнеров.

– Уход Шейдаева в Азербайджан – большая утрата?

– Это очень большая утрата, беря во внимание, что центрфорварды – штучный продукт, а Шейдаев мог в предстоящем рассчитывать на то, чтоб играть в первой сборной Рф.

– Мелкадзе, Лихачеву и другим идет на пользу игра за «Спартак-2» в ФНЛ?

– В любом случае, лучше играть – пусть и на таком уровне, – чем просто трениться с главной командой.

– В сборной 2001 года дебютировал Леон Классен из «Кельна». В сборной-2002 вы тоже будете находить юношей за пределами Рф?

– Непременно. В той же Германии сильно много российских и тех, кто уехали из Казахстана – много игроков, которые могут быть нужны в нашей сборной. Если у их будет желание играть за Россию и они будут соответствовать нашим аспектам, мы будем смотреть и за ними.

– РФС подписал соглашение с Футбольным союзом Германии и перенимает программку обучения молодых футболистов, инициированную adidas. Из этого выйдет толк?

– Германская программка уже показала свою эффективность (на момент ее пуска Гетце, Мюллеру, Озилу, Кроосу было от восьми до 12-ти лет, а годы спустя они стали чемпионами мира). Да, программка просит адаптации под условия нашей страны, но при правильной реализации и, что более принципиально, при правильном финансировании создание региональных центров подготовки и образовательный курс для детских тренеров дадут итог. Не сходу, но дадут.

В согласовании с программкой развития талантов, которая включает не только лишь личное развитие малышей, да и обучение тренеров, Германский футбольный альянс ввел систему обучения в 21 земляном союзе Германии. Сейчас там – 366 тренировочных центров, в каких работают 1300 тренеров. Молодежные футбольные академии проф клубов и германский футбольный альянс сотрудничают с региональными центрами: тренеры часто информируют футбольный альянс о развитии собственных игроков. Их основная задачка – отыскивать самых профессиональных футболистов для юношеских сборных Германии. В Рф программка будет состоять из 2-ух частей: обучающий курс для футболистов 10-14 лет на базе германских методик и образовательный курс для детских футбольных тренеров.

Русская программка была инициирована и сотворена под управлением компании adidas, которая поддерживает долголетнее сотрудничество с Германским футбольным союзом, также при участии Минспорта. Она ориентирована на улучшение проф подготовки игроков 10-14 лет за счет внедрения структурных конфигураций в процесс занятий и новых эталонов образования посреди тренеров юношеских команд. Методические материалы подготовлены спецами РФС с привлечением профессионалов интернационального уровня из Германского футбольного союза и основаны на системе занятий, разработанной и внедренной в Германии 15 годов назад. Сейчас программка тестируется в 32 футбольных школах Рф.

– Вы приводили игрокам сборной 1996 пример команды Колыванова – чего конкретно просили избежать?

– Переоценки собственных способностей и результатов, добытых в юношеском футболе. Мы разъясняли им: взрослый футбол – совершенно другое дело, если вы немножко дадите слабину, неадекватно оцените свои свойства, то предстоящего продвижения не будет. Когда я играл в юношеской сборной СССР, у нас было несколько ребят, фаворитов команды, но в большой футбол они не пробились. Не управлялись с соблазнами и понижали к для себя требования.

– Все ваши партнеры и тренеры именуют вас безупречным режимщиком. Тяжело было в молодости отрешаться, когда ровесники звали развлекаться?

– Я просто реально оценивал свои способности. Я не был гренадером, не обладал неописуемыми физическими свойствами, красивые знал свои слабенькие стороны (к примеру, невысокую скорость компенсировал быстротой принятия решений и воззвания с мячом), и если б я добавлял к своим несовершенствам, выскажемся так, непрофессиональное отношение к делу, то не достигнул бы того, чего достигнул.

– Вы даже в молодости это понимали?

– Актуальная ситуация принудила правильно себя оценивать. Передо мной был пример моей матери, которая всю жизнь работала практически без отдыха ради троих деток – я спроецировал ее опыт на свою жизнь и ориентировался на него. Еще выезжая с юношеской сборной на турниры в Германию и Испанию, я сталкивался с игроками более высочайшего уровня по сопоставлению с СССР и осознавал, что еще сильно много необходимо работать, не отвлекаясь на соблазны молодости.

– Правда, что на одном из юношеских турниров вы забили прямым ударом с углового?

– Один раз вышло, да. Все тренеры ориентировали меня на то, чтоб я исполнял стандартные положения. Вот и работал я на тренировках над угловыми и штрафными.

– Что главное при выполнении штрафного?

– Находится в зависимости от расстояния. Если оно маленькое, в районе 18-ти метров, то я пристально смотрел за действиями вратаря – пробует он прочесть, в какой угол я буду лупить, либо нет. Потому я разбегался, демонстрировал, куда целюсь, и смотрел на реакцию. Исходя из действий вратаря, решал в какой угол лупить.

– Когда вы с 30 метров забили «Локомотиву» из Нижнего Новгорода, техника была та же либо лупили просто на силу?

– Там не вышло без фортуны, естественно, зато вышел один из самых прекрасных голов в моей карьере. Я в том году забил много голов со штрафных, и в особенности упрямо отрабатывал их на тренировках.

– К Валерию Непомнящему в детстве вас привел старший брат?

– Да, Игорь был вратарем и занимался у Непомнящего в старшей группе. Когда стали сформировывать новейшую, более молоденькую команду, он подтянул меня, и я остался, хотя партнеры были на год старше меня. За год совместной работы Непомнящий уделял основное внимание нашей технике – ударам по воротам, остановке мяча. В предстоящем это посодействовало мне.

– 2-ой ваш тренер Агамурадов говорил, что вы всего раз запоздали на тренировку и растолковали это тем, что «ночью помогали маме».

– Мать работала рентгенологом, но подрабатывала еще в паре мест, чтоб прокормить нас. Мне приходилось с подросткового возраста помогать ей – я тогда охранял школу и убирал прилегающую местность. Как раз из-за уборки я немножко проспал и не успел впору к началу тренировки.

– 1-ый гол за «Копетдаг» вы забили, учась в девятом классе?

– Лет шестнадцать мне было. Прекрасный мяч вышел – далеким ударом из-за пределов штрафной попал прямо в верхний угол ворот. В перерыве был праздничек – награждение юных ребят, победивших на республиканском турнире. Со многими из их я играл в школе, они все смотрели тот матч с трибуны и так совпало, что на их очах я забил 1-ый гол.

– Как тренер Арсен Найденов оценил ваш фуррор?

– Он сделал все, чтоб я правильно его воспринял. Он позже звал меня с собой в новороссийский «Черноморец», но я только-только поступил в институт, и решил, что поменять одну команду 2-ой лиги на другую не очень целенаправлено.

– До сборной Туркменистана вы ведь попадали и в заявку сборной Украины?

– Да, играя в Харькове, я заходил в тройку наилучших игроков чемпионата Украины по оценкам журналистов, так что вопрос о моем включении в украинскую сборную рассматривался, но, к огорчению, не сложилось.

– На правый фланг полузащиты из центра вас перевели в Харькове?

– Да, а в ЦСКА-2 мне приходилось играть даже центрального заступника. Это только обогатило мой арсенал. Я и своим футболистам говорю: если вы желаете перейти во взрослый футбол, должны быть готовы играть на различных позициях. Тренер основной команды может созидать вас не на том месте, к которому вы привыкли в юношеском футболе, и вы должны быть к этому готовы. Должны сыграть там, где для вас дадут шанс, так что чем более универсальными вы войдете во взрослый футбол, тем лучше.

– После «Эрзу» вы проходили сборы с «Динамо» Бескова. Почему там не остались?

– Из-за денег. «Эрзу» запросил за меня неадекватные средства – переход не состоялся, хотя «Динамо» было во мне заинтересовано. Попав к Бескову, я в первый раз увидел настолько длительные теоретические занятия, где конкретно все разбиралось. Это тоже пошло мне в копилку.

– 1-ые 15 минут игры с «Динамо» Киев 1988 года Бесков разбирал три часа. Какой у вас подход к продолжительности теоретического занятия?

– Естественно, если разбор продолжается больше часа, концентрация падает и информация, которую доносит тренер, усваивается не конца – в особенности это касается молодых футболистов. Став тренером, я укладываю теоретическую информацию в 30 – 40 минут и по необходимости делю ее на две части: утреннюю и вечернюю.

– У кого из тренеров вы больше всего почерпнули?

– На мое миропонимание как тренера посильнее всех воздействовали Олег Долматов в ЦСКА и Ваит Талгаев в Суровом. Они сформировали мое представление о системности тренерской работы, я обучался, играя у их, и еще во время карьеры футболиста подал документы в ВШТ. У Садырина в ЦСКА и «Зените» я перенял прямоту – он всегда гласил то, что задумывался. Это принципиальный психический фактор – игрок же ощущает, как искренен с ним тренер.

– Вы ведали: «В Харькове я поработал с Евгением Лемешко и Леонидом Ткаченко: стаканы в стенку раздевалки прилетали нередко».

– Да, они оба – импульсивные, взрывные, заводные тренеры. Украинская школа тоже была очень полезной для меня. Там я сообразил, что такое ведение единоборств и на каком уровне они должны быть. Тот, кто увиливал от борьбы, в Харькове просто не играл.

В 1993 году Хомуха сменил Харьков на Суровый: «У меня появились детки. Финансовая ситуация в Украине была сложной, заработную плату выдавали в купонах и подкармливать на эти средства семью было нереально, – говорил мне Дмитрий в интервью четырехлетней давности. – Перебежал в грозненский «Эрзу», который предложил более приличные условия. Отыграли 1-ый круг, но, когда пошла информация, что войска подтягиваются к границе, некие команды закончили ездить в Чечню. Потом начались военные деяния и «Эрзу» закрыли.

В Суровом всегда обожали футбол – когда приезжали «Зенит» либо «Черноморец», собирался полный Центральный стадион. Мы жили в гостинице, а тренировались в комплексе из 2-ух полей. «Эрзу» был личным клубом. Им управлял предприниматель Русланбек Лорсанов, но Джохар Дудаев пару раз входил в раздевалку, поздравлял с победой. Вооруженные люди на улицах Сурового были в порядке вещей. Часто останавливали, инспектировали документы. Практически через неделю после того, как команду сняли с розыгрыша первой лиги и я уехал, в Чечне начались боевые деяния. Местные ребята с огромным трудом вывозили семьи из Грозного».

Тот сезон в Суровом вспоминался Хомухе и в работе с юниорами: «Приехали как-то в Читу – а там отключили и электричество, и жаркую воду, и отопление. Температура в комнате та же, что и на улице. К тому же в столовой ничего нельзя было приготовить. Когда на данный момент некий юный футболист сетует, что автобус не тот либо форму не постирали, я улыбаюсь. Ничего ему не говорю, но сам вспоминаю собственный выезд с «Эрзу» в Сибирь».

В молодежной сборной Хомуха пережил не только лишь расстройства, да и волнующий фуррор: в товарищеской игре с Хорватией, состоявшейся в Запрешиче, Наша родина выиграла 4:3, хотя арбитр провозгласил в ворота Митрюшкина три пенальти (1-ый из их он отразил), а при счете 4:1 удалил заступника Кирисова. Хомуха произнес тогда, что, когда Гасилин сделал счет 4:0, его сборная попала под давление судьи, который находил повод показать Кирисову вторую желтоватую и в конечном итоге удалил его «абсолютно необоснованно». Правда, Хомуха к судейским фокусам привык издавна: «Я ведь еще застал известную девятую зону 2-ой союзной лиги – когда мы с ашхабадским «Колхозчи» ездили играть в Грузию, – гласил он мне в прошлом интервью. – Вот там до забавного доходило: нам забивают рукою, бежим всей командой к судью: «Ты лицезрел, он правой рукою забил?!» Арбитр парирует: «А правая рука не считается».

Фото: Gettyimages.ru/Julian Finney; REUTERS; РИА Анонсы/Владимир Астапкович, Алексей Филиппов, Миша Шапаев, globallookpress.com/ZUMA Press (3)