1 икс бет зеркало

«Рейнджерс»-1994

Алексей Ковалев: 4 гола + 3 передачи в 7 матчах конца, показатель полезности «-4»; 9+12 в 23, «+5» в плей-офф

Сергей Зубов: 1+5 в 6, «+2» в конце; 5+14 в 22, «+10» в ПО

Сергей Немчинов: 0+2 в 7, «0» в конце; 2+5 в 23, «+6» в ПО

Александр Карповцев: 0 в 2, «-1» в конце; 0+4 в 17, «-6» в ПО

Формально первыми русскими, выигравшими Кубок Стэнли, были Сергей Пряхин, Анатолий Семенов и Олег Петров, но только формально. Джонни Гоцелига и Суини Шринера, понятно, не считаем. Пряхин сыграл один матч за «Калгари» в плей-офф-1989, Семенов – два за «Эдмонтон» в плей-офф-1990, Петров – один за «Монреаль» в 1993-м. В конце они не появлялись, и фамилий их на серебряной чаше нет. Не формально первыми могли стать Игорь Кравчук с «Чикаго» в 1992 году и Алексей Житник в том же 1993-м с «Лос-Анджелесом», игравшие значительную роль в собственных командах, но не срослось. Но в 1994-м Кубок Стэнли никак не мог избежать возникновения на для себя российской фамилии – у «Ванкувера» был прекрасный Павел Буре, показавший в том плей-офф игру на грани фантастики, а у «Рейнджерс» – целая «толпа» российских под управлением отлично нам всем знакомого Майка Кинэна.

Приостановить «Русскую Ракету» было нереально. В наилучшем случае – притормозить, и это «синим рубашкам» удалось, дав набрать Павлу «всего» 7 (3+4) очков. На что Ковалев ответил своими семью и излучал усиленный алкоголем экстаз в эфире MSG прямо по окончании 7-матчевой серии:

«Никогда еще россиянин не поднимал над головой Кубок Стэнли, и я стал первым! Весь сезон пресса задавалась вопросом, кто станет первым, и это удалось конкретно мне! Я не делал ничего такого особенного, играл как все: умно и агрессивно. Вот и все. Шампанское классное, у него хороший вкус!».

Роль всех четырех российских была достаточно большой. Ковалев центрил (!) 2-ое звено и время от времени выходил в первом с Грэйвзом и Мессье. Зубов – играл во 2-ой паре и первой бригаде большинства. Не всегда, но нередко до конца попадавший в состав Карповцев возникал то с Зубовым, то в третьей паре, и заходил в состав спецбригад меньшинства, как и Немчинов, центр третьей/четвертой тройки, отменно выполнявший работу оборонительного форварда.

«Детройт»-1995

Сергей Федоров: 3+2 в 4, «+1» в конце; 7+17 в 17, «+13» в ПО

Вячеслав Козлов: 1+0 в 4, «-1» в конце; 9+7 в 18, «+12» в ПО

Вячеслав Фетисов: 0+3 в 4, «-5» в конце; 0+8 в 18, «+1» в ПО

Владимир Константинов: 0 в 4, «-1» в конце; 1+1 в 18, «+6» в ПО

Практически через год в конце Кубка Стэнли игралось уже 6 российских. И одолела команда, в какой их было меньше: новичок Сергей Брылин, только разменявший 3-ий десяток, и куда более опытнейший, но серьезно сдавший из-за томного повреждения глаза Валерий Зелепукин. До травмы, случившейся на тренировке в январе того самого 1995-го, Зелепукин размеренно играл в топ-6 «Нью-Джерси», набирал прилично очков и вообщем был в полном порядке. После – выше третьего звена не подымался.

Любопытно, что Фетисов перебежал в «Детройт» как раз из «Девилс» в том самом сезоне-1994/95. При этом был очень доволен переходом, так как под управлением головного капканостроителя всея Северной Америки Жака Лемера не мог раскрыться и даже не попадал в состав. А в «Детройте» величавого Скотти Боумэна, игравшего в зрелищный атакующий хоккей, он как будто помолодел и стремительно принудил всех запамятовать о том, что брали его всего-то на смену получившему травму плеча Марку Хоу. Федоров был божественен, за сезон до того он взял исторический «Харт трофи», Козлов, славившийся умением забивать важные голы, старался не отставать, а смелый вояка Константинов «хоронил» конкурентов пачками, но всего этого оказалось не достаточно против самой структурированной команды НХЛ с Мартином Бродером в воротах.

«Детройт»-1997

Сергей Федоров: 3+3 в 4, «+2» в конце; 8+12 в 20, «+5» в ПО

Вячеслав Козлов: 0+2 в 4, «+1» в конце; 8+5 в 20, «+3» в ПО

Игорь Ларионов: 0 в 4, «+3» в конце; 4+8 в 20, «+8» в ПО

Вячеслав Фетисов: 0+2 в 4, «0» в конце; 0+4 в 20, «+2» в ПО

Владимир Константинов: 0 в 4, «-1» в конце, 0+4 в 20, «-1» в ПО

После болезненного поражения от «Нью-Джерси» Боумэн задался вопросом, что все-таки следует поменять. И не выдумал ничего лучше, чем взять еще 1-го российского, раз уж четырех недостаточно. Шуточка, естественно, но идея сделать русскую пятерку в бессчетных дискуссиях триумвирата из Скотти, Джимми Девеллано и Кена Холланда проскальзывала. Хотя Игоря Ларионова выменивали у «Сан-Хосе» просто так как Боумэну был нужен Ларионов. Ну а когда он перебежал, Боумэн справедливо рассудил, что воссоединить 2-ух из знаменитой пятерки КЛМФК – это не плохая мысль, как и добавить к ним еще 3-х прошедших школу ЦСКА и сборной СССР игроков, передвинув Федорова на правый фланг.

«Русская пятерка» одномоментно стала сенсацией. И выделялись она не только лишь и даже не столько тем, как продуктивно игралась, какое классное взаимодействие показывала, а тем, как очень ее игра отличалась от того, во что игрались в НХЛ в те времена. Все эти стеночки, забегания Этот горизонтальный, но в то же самое время очень действенный хоккей практически перевернул представление об основах фуррора в лиге. Они не кидали по воротам без надобности и даже с надобностью не кидали. Их Corsi, считай его тогда, однозначно не поражал воображение, если и совсем не был страшным. Но отобрать у их шайбу – было задачей со звездочкой, а поражало воображение то, как Козлов, Ларионов, Федоров, Фетисов и Константинов выводили друг дружку на пустые.

В сезоне-1995/96 «Детройт» с «Русской пятеркой» во главе установил кучу рекордов, но был остановлен в конце Запада более профессиональным «Колорадо» с Руа, Сакиком, Форсбергом, Каменским, Озолиньшем, Клодом Лемье, Футом, Дедмаршем и Скоттом Янгом. Весь последующий сезон Боумэн старался как можно пореже выпускать свое ударное звено в полном составе, так как страшился, что их раскусят. Они появлялись вкупе в главном в решающие моменты, да и то успевали делать огромные дела. И с таким вот подходом Скотти удалось взять реванш у «Эвеланш», а потом и вынести вперед ногами в конце считавшуюся победителем «Филадельфию» со счетом 4-0.

«Детройт»-1998

Сергей Федоров: 1+2 в 4, «-1» в конце; 10+10 в 22, «0» в ПО

Вячеслав Козлов: 0+1 в 4, «-1» в конце; 6+8 в 22, «+4» в ПО

Игорь Ларионов: 0+2 в 4, «+1» в конце; 3+10 в 22, «+5» в ПО

Вячеслав Фетисов: 0+3 в 4, «+2» в конце; 0+3 в 21, «+4» в ПО

Дмитрий Миронов: в конце не играл; 0+3 в 7, «+1» в ПО

Владимир Константинов: не играл

13 июня 1997 года Фетисов, Константинов и массажист «Детройта» Сергей Мнацаканов ворачивались домой с вечеринки, устроенной игроками «Ред Уингс» и посвященной их победе над той «Филадельфией». Для всех игроков были заказаны лимузины, в какой-то из них они и сели. За рулем был Ричард Гнайда, у которого к тому моменту издавна отобрали права за вождение в нетрезвом состоянии. Он не совладал с управлением и врезался в дерево. И если сам Гнайда и Фетисов отвертелись малозначительными повреждениями, то Константинов и Мнацаканов получили томные черепно-мозговые травмы.

О хоккее для «Владинатора» больше не могло быть и речи. Так «Русская пятерка» закончила существовать в протоколах, но продолжила жить в идей хоккеистов «красных крыльев». «Детройт» предназначил ему сезон-1997/98, сделав особые нашивки, и каждый игрок грезил преподнести Владимиру умеренный подарок в виде Кубка. Так что «Ред Уингс» в плей-офф было не приостановить даже звездам из «Далласа», куда уж там «Вашингтону» Андрея Николишина и Сергея Гончара, проигравшему всухую.

Сходу после финишной сирены 4-ого матча с «Кэпиталс» Константинов появился на льду в коляске, празднуя наряду со всеми свою вторую победу в Кубке Стэнли. Она по праву – его, и неслучайно фамилия Konstantinov нанесена на Кубок два раза.

По ходу сезона менеджмент «Детройта» находил подмену Константинову и тормознул на кандидатуре Дмитрия Миронова, который здорово начал, но по ходу плей-офф сел в припас.

«Нью-Джерси»-2000

Сергей Брылин: 2+1 в 6, «+1» в конце; 3+5 в 17, «+2» в ПО

Александр Могильный: 1+1 в 6, «+2» в конце; 4+3 в 23, «+1» в ПО

Сергей Немчинов: 0+1 в 6, «0» в конце; 3+2 в 21, «+1» в ПО

Владимир Малахов: 0+1 в 6, «+1» в конце; 1+4 в 23, «+3» в ПО

Под управлением Ларри Робинсона, которому помогал завершивший карьеру Фетисов, «Нью-Джерси» отошел было от «антихоккея» Лемера, но в плей-офф возвратился к старенькым хорошим капканам, так что звание конца кошмаров, выданное финалу-1999 меж «Далласом» и «Баффало», перебежало к тому же «Далласу» Кена Хичкока, но уже с «Девилс». И они полностью званию соответствовали, хотя и начали сверхбодро.

Российских в «Далласе» было меньше, но они были «в среднем» заметнее. Да, Роман Ляшенко не вылезал из 4-ого звена, которое перемешивал с ложей прессы, но зато в обороне солировал уже двукратный на тот момент владелец Кубка Стэнли Зубов, входивший в пятерку, а то и в тройку наилучших защитников НХЛ. Что до «Нью-Джерси», то перебитый-переломанный Александр Величавый – так звали Могильного за длительное время до Овечкина – был не в том состоянии, чтоб на что-то серьезно оказывать влияние, к тому же в партнерах у него были неопытный Гомес да Брылин, тяготевший к обороне. Ну и под конец Клод Лемье, стихия которого – далековато не тонкие передачи. Потому Могильный специализировался на большинстве, где от него вправду был толк.

Малахов играл в третьей паре с Колином Уайтом, сидя за спинами Скотта Стивенса, Скотта Нидермайера, Брайана Рафалски и Кена Данейко – шикарная была защита у «чертей». А Немчинов центрил 4-ое, где в партнерах у него были Джей Пандолфо и Лемье, сменившийся в конечном итоге на Брылина.

Вроде бы то ни было, вклад в итоговую победу все четыре российских занесли приличный. А о той команде, ведомой зубодробительной линией обороны и A-Line в лице тройки Элиаш – Арнотт – Сикора, болельщики «Нью-Джерси» до сего времени слагают легенды.

«Нью-Джерси»-2001

Александр Могильный: 1+2 в 7, «-5» в конце; 5+11 в 25, «+3» в ПО

Сергей Брылин: 1+1 в 7, «-2» в конце; 3+4 в 20, «+1» в ПО

Сергей Немчинов: 0 в 7, «-5» в конце; 1+3 в 25, «0» в ПО

Год спустя роли Брылина и Могильного приметно возросли. Лемье в команде больше не было, так что 2-ое звено – Брылин – Гомес – Могильный – за сезон сыгралось и оставалось нетронутым. А сам Александр подлечил болячки и возвратил для себя былую уверенность, став наилучшим снайпером команды в постоянном чемпионате с 43 голами. В плей-офф, вобщем, дело шло не так отлично, в особенности в конце, где тройку Гомеса не могло прорвать. Что до Немчинова, то он продолжал центрить 4-ое.

Состав «Нью-Джерси» сохранил, если не считать Лемье, и имел все шансы выиграть 2-ой попорядку Кубок. И даже вел 3-2 в конце, но превосходный Патрик Руа и помогавшие ему Роб Блэйк, Адам Фут и готовый реализовать за перстень душу дьяволу Рэй Бурк были очень и очень напористы. В особенности это Руа касается, сушившего даже кактусы и получившего в конечном итоге «Конн Смайт трофи».

«Детройт»-2002

Сергей Федоров: 1+4 в 5, «0» в конце; 5+14 в 23, «+4» в ПО

Игорь Ларионов: 3+1 в 5, «+4» в конце; 5+6 в 18, «+5» в ПО

Павел Дацюк: 0 в 5, «0» в конце; 3+3 в 21, «+1» в ПО

Это был, наверняка, уникальный момент: в одной команде собрались 3 наилучших российских центрфорварда последних 30 лет. Каждый – собственной эры. Ларионову уже было за 40, но он как и раньше веселил болельщиков своим классным хоккейным умом. 31-летний Федоров был в расцвете сил и, как и полагается настолько даровитому игроку, доминировал на льду. 23-летний Павел Дацюк еще ничего толком из себя не представлял, но уже зачаровывал. Выходил на лед в 3-ем звене – с чудовищами Лючком Робитайллом и Бреттом Халлом – и ухитрялся отбирать у их свет софитов. Пусть результативность Павла была невелика, но что он вытворял с заступниками конкурентов – ох, бедняжки.

Это был совершенно конец эры Ларионова, забившего в том конце удивительный гол, почти во всем ставший решающим, практически конец эры Федорова в «Детройте» и самое начало эры Дацюка. А самое главное – это был конец эры «Ред Уингс», взявших 3 Кубка Стэнли за 6 лет.

«Анахайм»-2003

Станислав Чистов: 0+1 в 7, «-3» в конце; 4+2 в 21, «+4» в ПО

Виталий Вишневский: 0 в 7, «-3» в конце; 0+1 в 21, «-3» в ПО

Алексей Смирнов: в конце не играл; 0 в 4, «0» в ПО

Самая, пожалуй, нерусская из всех самых российских команд, игравших в концах Кубка Стэнли. Алексей Смирнов (привет от солигорского «Шахтера»), которого не вспомнят даже самые оголтелые болельщики «Анахайма», роли в конце не воспринимал. Виталий Вишневский с приходом Майка Бэбкока был разжалован из размеренно игравшего в топ-4 до бывшего на подхвате заступника. Майк ценит универсализм, тогда как небесталанный, подававший огромные надежды Вишневский за океаном перевоплотился в ограниченного хиттера. 10 минут в среднем за матч в плей-офф и меньше 3-х в седьмой игре конца – очень сладкоречивы.

Для Чистова это был дебютный сезон в НХЛ. Играл он побольше Вишневского и попродуктивнее, но тоже был на подхвате. Там заткнуть дырку, здесь выйти на 20 секунд, в большинстве чуть-чуть, если время остается – вот и все, чем он наслаждался. Хотя, по сути, в тех «Дакс» на подхвате были все – у Жана-Себастьяна Жигера, творившего форменные чудеса вратаря, получившего «Конн Смайт трофи», невзирая на поражение в конце от «Нью-Джерси», за который выступали все тот же Брылин и Олег Твердовский.

«Тампа»-2015

Никита Кучеров: 1+2 в 6, «0» в конце; 10+12 в 26, «+7» в ПО

Никита Нестеров: 0 в 3, «+1» в конце; 1+5 в 17, «+5» в ПО

Владислав Наместников: в конце не играл; 0+1 в 12, «-1» в ПО

Андрей Василевский: 1 победа в 2 матчах, 1,77 гола, 91,6% отраженных в конце; 1 победа в 4 матчах, 3,19 гола, 89,5% отраженных в ПО

«Тампа» могла бы поспорить с «Анахаймом»-2003 по «русскости», если б не Никита Кучеров. Он – наилучший форвард «Лайтнинг» в этом розыгрыше, если брать все стадии плей-офф. И кто знает, как все оборотилось бы, не влети он плечом в эту чертову штангу в самом начале 5-ого матча конца. Уж на один-то гол в шестом «молнии» наверное сообразили бы. Хотя и так могли – Джейсон Гаррисон был должен забивать с паса Кучерова на пустые, но попал в Мариана Госсу.

Наместников в конце не играл, хотя его возникновение в составе навязывалось, Нестеров не всегда попадал в заявку, а когда попадал – проводил на льду еще меньше времени, чем Вишневский, а Василевский вышел на лед только благодаря травме Бена Бишопа, но, все же, факт остается фактом – это была самая российская из выходивших в конец в 21-м веке команд.

Фото: Gettyimages.ru/Robert Laberge; REUTERS/Mike Blake; Gettyimages.ru/Elsa, Dave Sandford